Сказки Сахалина

Составители:
М. Высоков, О. Кузнецов, Т. Роон
Художник З. Турманова

АЙНСКИЕ СКАЗКИ
(Запись Б.О.Пилсудского. Обработка О.П.Кузнецова)

 

 


 

Женитьба Филина
Айнская сказка

Я - Филин. Я вел свободную и счастливую жизнь у богатого рыбою моря. Возле деревни Хорокаруру. Я любил садиться на деревья около жилищ, которые были ближе к лесу. Сижу, бывало, и смотрю на людей. Кто к речке на рыбалку пошел, кто уже рыбу варит, а кто ничего не делает - только трубкой дымит.

Как-то я увидел девушку. Ой, какую же красивую! Такую красивую, что, наверное, от одного конца побережья до другого нет ей подобной. Я смотрел и смотрел на девушку, за каждым ее движением следил. Когда она куда-нибудь шла, я летел чуть в стороне от нее - сопровождал. Когда же она входила в жилище, я опускался на дерево и ждал ее. Чем дольше ее не было, тем тоскливее мне становилось. Особенно тоскливо было ночью. Но я сидел на дереве и ждал рассвета, ждал ее.

Я понял: полюбил эту девушку. Так полюбил, что если не видел ее, то не хотел ни летать, ни рыбу ловить. Даже жить не хотелось - вот как крепко ее полюбил!

А жила она с братом. Называли его Яиресупо. Это значит - человек, воспитавший себя сам. Оно и верно, умный был, самостоятельный, храбрый. Все его уважали. Как с таким заговорить? Но я решился. Влетел в жилище человека и сел напротив него.

Человек, воспитавший себя сам, кажется, догадался, что я не совсем птица. Может, он подумал, что я дух какой-то. Вежливо пожелал мне доброго утра. И все, больше ничего не сказал.

Тогда я заговорил:

- Пусть я не очень видный и сильный, - сказал я, - но я хочу видеть твою сестру в моем доме, ближе к входной двери, где и положено сидеть жене.

Человек, воспитавший себя сам, нахмурился и обозлился:

- Ах ты!.. бесполезная птица в жестких перьях. Да как в твою маленькую голову такое пришло?.. Я себе и представить не могу, чтобы моя сестра... за тебя?.. вышла замуж! Убирайся!

Услышав эти оскорбительные слова, я тоже очень обозлился. С шумом вылетел из жилища, пометался из стороны в сторону, чуть о скалу не ударился, хотел в море улететь, но, заметив высокую жердь, украшенную стружками - инау, - сел на нее. Для любого айна - это талисман для ублажения богов, спутник и посредник, понимающий их слабости и слабости людей. В нем заложено умение влиять на божества, и, значит, надо у них просить и просить чего хочешь. Да, в ту минуту я был уверен: без инау мне ничего не добиться.

Я до того сильно и пронзительно ухал, стонал и вопил, что от всех моих криков настораживались в лесу крупные звери и пугались мелкие, в воде всплескивала рыба, из жилищ выходили люди. А я кричал и кричал. Я просил богов помочь мне и посылал проклятия Яиресупо.

Человек, воспитавший себя сам, мучился от моих криков. Он не мог уснуть, всю ночь ходил по жилищу, закладывал уши руками. Он хотел куда-нибудь деть свою голову. Но куда ее денешь?

Перед рассветом он совсем ослаб - заболел его дух, охранявший и покой, и здоровье, и рассудок. И вот человек выбрался из жилища и сказал:

- Филин, не сердись больше. Перестань!

Я слетел к нему.

И тут человек, воспитавший себя сам, проговорил:

- Я разрешаю тебе взять мою сестру в твой дом.

Тогда во мне исчезла вся обида. Я превратился в человека и женился на женщине, которую полюбил. Мы жили хорошо, и я повсюду возил ее с собою.

Так я из птицы стал человеком. Теперь я с людьми одной крови, их родственник, и горжусь этим.


 


 

Лунный человек
Айнская сказка

Родители мои умерли, и я жил со старшей сестрою. Каждое утро она брала ведро, черпак и шла к речке за водой.

Однажды вот так ушла и не вернулась. Я ждал ее три дня и три ночи, сильно волновался. Нет сестры. И никто нигде ее не видел.

Я изготовил инау и посвятил его огню. Попросил сказать, где моя сестра. Огонь не ответил. Наверное, не знал.

Я сделал новое инау - в честь бога жилища. Спросил его: где моя сестра? Тоже не ответил. Наверное, не знал.

Я пошел в лес. Обратился к красной ели. Не знает. Обратился к серебристой ели. И она не знает.

Совсем отчаялся. Не найти сестру. Пропала бесследно.

Забрел в заросли ивы. Выстругал инау для нее. Ива сказала:

- Я люблю поговорить. Так вот слушай. Твоя сестра на Луне. Ее взял в жены Лунный человек.

Что делать? Как теперь увидеть сестру, как ей помочь? Думал, думал и придумал.

Вернулся домой. Взял одну стрелу с черным оперением, а другую - с белым оперением. Взял еще лук и вышел на поляну. Здесь я обе стрелы наложил на тетиву, сильно-сильно натянул ее и ухватился за концы стрел.

Они унесли меня далеко за облака, прямо на Луну.

Пошел я по Луне. Смотрю по сторонам. Никого не вижу. Будто никого и нет. А может, и правда никого нет? Обманула ива!

И вдруг заметил жилище. Приблизился. Только хотел заглянуть в него, вышла моя сестра. На руках у нее - маленькая девочка. От лица девочки исходили лучи света, они коснулись и моей головы. А какие прекрасные у нее были глаза! Я никогда раньше не видел такой девочки.

- Вот ты и нашел меня, - сказала сестра. - Я рада. Заходи в дом.

Настроение у меня улучшилось. Я вошел в дом Лунного человека. Тот сидел на железном табурете и дружески улыбался мне. Удовлетворенный такой встречей, я сел и оглядел жилище. Вблизи угла, где были установлены инау, высился до потолка такой огромный ящик, каких я никогда не видел. В женском углу стоял другой ящик, немного поменьше. Но и таких я тоже не видел.

Чего тут спрашивать, как живете? И так все понятно. Хорошо живут, богато. В таких ящиках много всяких звериных шкур. В них еще - кинжалы, луки, стрелы, колчаны. Ой, не сосчитать, однако!

А богоподобный Лунный человек все смотрел на меня и улыбался. Приветливо очень. Будто раньше где-то встречал меня. Я подумал: где же он меня встречал? Не вспомнил. Нет, не встречались. Наверное, он с Луны меня видел.

Потом сестра моя, хозяйка дома, дала мне поесть. Я хорошо поел. Живот прямо вырос.

А Лунный человек сказал:

- Мне понравилась твоя сестра. И я принес в мой дом и ее, и ведро, и черпак. Я женился на твоей сестре, и живем мы очень счастливо. А чего ты хочешь?

- Не знаю, - сказал я. - Я хотел сестру увидеть. Искал ее.

Лунный человек, помолчав, опять улыбнулся и сказал:

- Женись на девочке. Если даже она станет с тобою несчастлива, все равно будет кому о тебе заботиться.

- Она же еще маленькая, - проговорил я. - Долго ждать.

- Вырастет, - ответил Лунный человек. - Через трое суток вырастет.

И правда, через трое суток она выросла. И такая красивая. Наверное, только на Луне бывают такие красивые девушки!

Тогда я, женившись, породнился с Лунным человеком.

У Лунного человека и моей сестры были еще дети - мальчик и девочка. А у меня с женой детей не было. Мы жили и жили, пока не состарились. Очень старыми стали. Вот так.

 


Молодая ворона
Айнская сказка

Грустно бывает, когда кто-нибудь делает глупость. И раз. И другой. А потом уже всё, поздно умнеть.

Молодая ворона была дочерью старой и мудрой вороны. Но сколько и чему ни учила мать свою дочь, та ничего не запоминала. Будто ветер выдувал из головы молодой вороны все материнские советы.

Больше всего молодая ворона любила прилетать на морской берег. Сюда волны выбрасывали и серебристых рыбешек, и маленьких крабов, и волосатых червяков, и всякие ракушки, и много всего другого, что можно склевать. И она подолгу ходила по берегу и склевывала ненасытно все, что попадалось.

Особенно молодой вороне нравилась водоросль, которую собирали, варили и ели люди. Ну, люди - понятно, они разные растения едят. А ей, вороне, зачем? Но она каждый день ела их, и так много, словно хотела, чтобы людям ничего не осталось. И правда, как-то не стало на берегу мокрых водорослей. Она принялась клевать сухие. И подавилась. Дышать уже не может.

Увидела старая ворона, что с ее дочерью случилась беда. Прилетела к ней, вокруг бегает, а помочь не может - задыхается молодая ворона. И погибла бы, если б рядом не очутилась вертиголовка - птичка маленькая, но умелая. Она многих лечит. И молодой вороне прочистила горло.

Казалось бы, теперь молодая ворона должна вести себя осторожней, умнее. Но куда там! Она опять клевала что попало. Жадно, торопливо, словно у нее кто собирался отнять краба или червяка.

Однажды среди мокрых, только что выброшенных волною водорослей она заметила большую синеватую ракушку. Это была мидия. Мидии, конечно, никак не хотелось оставаться на берегу. Ей бы в море, на дно да поглубже. А тут водоросли со всех сторон опутали. И стала она выбираться из них трудно, неуклюже. Выберется немного, отдохнет и снова выбирается. Но вот устала вконец и воды свежей не хватает - она раскрыла створки. Надеялась, что, может, какая волна подкатится поближе и оплеснет ее.

В этот момент и подскочила к ней молодая ворона. Увидела между створок белое упругое тело ракушки. Ох, как это вкусно - проглотить ее! Клювом - тюк...

И тут - в мгновение! - мидия свела свои створки и так сжала их, так прищемила клюв молодой вороне, что той - ни крикнуть, ни дохнуть. Только головой отчаянно мотает, чтобы отшвырнуть мидию. Но нет, ракушка мертвой хваткой вцепилась. Попробовала молодая ворона лапами стащить ее со своего клюва. Нет, видимо, большую боль причинила мидии, и та решила: погибну вместе с вороной, но не прощу.

Так они и погибли.


 


В одном селении
Айнская сказка

В одном селении было много людей, и жили они в достатке - всё имели.

И вдруг начали умирать. Один за другим. А почему - никто не знает.

И приехал в это селение богатый человек. Он пожелал жениться на девушке Инанупирике. Но она отказала ему.

Тогда богатый человек, обиженный и обозленный, уехал в свое селение.

А в этом селении люди опять начали умирать.

Инанупирика сказала:

- Надо уходить отсюда, а то все умрем.

Послушались люди и ушли на морской берег. Там построили себе новые жилища. Но скучно было вдали от своего народа. Люди стали думать и говорить так: есть ведь и другие селения; если уйдем туда и будем жить там, всем станет хорошо.

Правильно, конечно, говорили люди.

Однако Инанупирика, которая отвергла того богатого человека, была против возвращения в прежние места. И в разговорах она всех одолела. Вот как долго и красиво она могла говорить.

После этого люди наготовили себе много пищи. Должно было хватить на всю зиму.

Тут и в это селение - отыскал как-то - пришел тот богатый человек и снова пожелал, чтобы Инанупирика стала его женой. Но она и в этот раз отвергла его. И даже еще сказала:

- Чтоб больше я тебя никогда не видела!

Совсем разгневался тот богач. И ушел.

А зимой, когда началась метель, он незаметно пришел в селение и топором перерубил опоры амбара. Амбар упал. Он и его порубил, и мясо, и рыбу, которые хранились в нем.

А метель разбушевалась такая сильная, что все сидели у очагов. Десять дней ревела метель, все жилища, вырытые в земле, сильно очень завалило снегом. Когда она кончилась, люди еле выбрались наружу.

Все хотели есть. А амбара нет. Долго раскапывали его, нашли остатки пищи - много ее успели съесть лисы и соболи. И собаки им помогли.

И тогда они снова заговорили:

- Надо уходить отсюда. Надо уходить в другие селения, к своему народу. Может, не все дойдем. Но если останемся здесь, то все погибнем.

- Нет, - сказала Инанупирика, - никуда не надо собираться. Мы здесь проживем.

И на этот раз она всех переговорила.

Но лучше никому не стало. Есть совсем уже было нечего. Люди, ослабшие, собирались вместе в земляном жилище. Женщины надевали шелковые халаты и украшали себя бусами, как украшают мертвых. Сделав так, они ложились спать вместе. Ночью кто-нибудь умирал.

Потом все умерли.

Умерла и Инанупирика.

Однажды пришел сюда тот богач. Посмотрел на большие пустые котлы, на обрушившиеся жилища. И ушел.

Старики из других селений после рассказывали об этом своим детям, их дети - своим детям. Рассказывали затем, чтобы не поддавались рассуждениям женщины.

У каждого ведь свой ум есть.

Вот так было в одном селении.

Обиделись, потому и воевали

Однажды, когда еще, кажется, снег не выпал, это было.

В Тарайке жили люди. Ничего жили. Даже очень хорошо было, если морского зверя убивали и рыбу ловили.

И вот один мужчина, богатый, пошел зачем-то вверх по реке, туда, где ороки жили. У ороков много оленей паслось. От одного леса до другого - вот как много!

Ладно, пришел этот мужчина к орокам. Вошел в их жилище, сел у огня.

Ну, ороки захотели угостить гостя. Приготовили олений желудок и подали ему.

Никогда никто не подавал мужчине такую пищу. Плохая пища. Мерзкая. Обиделся он. Не стал есть. Вышел из их жилища и направился к себе домой. Даже забыл, зачем приходил к ним.

Вернулся в селение и рассказал про то, как ороки предложили ему есть желудок оленя. С обидой рассказал. Все послушали и тоже обиделись. На всех ороков. Плохие это люди, - решили. Надо с ними воевать.

Собрались и пошли в то селение ороков. Напали на то жилище. Убили всех мужчин и всех женщин. Один только юноша успел вскочить на оленя и поскакал. Бежали за ним - не догнали. Стрелы в него пустили - не долетели. Быстро убегал.

Тот юноша приехал в другое орокское селение. Плакал. От него узнали те ороки, что случилось в соседнем селении.

Тогда они изготовили большую кучу луков. И еще большую кучу стрел.

Потом наступила зима. Озеро покрыло льдом. Айны селения вышли на лед, продолбили в нем лунки и ловили рыбу леской.

И вдруг от берега озера выскочили на оленях ороки. За спинами у них были колчаны, полные стрел, а в руках - луки. Они стали стрелять по людям, ловившим рыбу. Метко стреляли. Куда ни побежит человек, стрела в него воткнется. Всех перебили.

Темно уже стало, а ороки никак не успокоятся. Друг перед другом хвалятся, кто сколько айнов убил. И еще хотят воевать. И понеслись на оленях в селение.

Айны тогда в землянках жили. И кто был-то в них? Женщины и дети. Ну еще старики. Они уже забыли, когда воевали. И никакого оружия не имели.

Окружили ороки селение. Сломали у всех землянок крышки дымоходов и стали бросать в них сухую горящую траву. Испугались женщины, заплакали дети. Не знали, куда деваться.

Мало кого тогда пожалели ороки. Только красивых женщин увели с собой. После поженились на них.

Айны других селений ждали: будут ли еще ороки воевать? Сами они уже не хотели. Но готовились на всякий случай.

Двое мужчин первыми начали готовиться воевать. Один встал в стороне, на открытом месте, другой принялся стрелять в него из лука стрелами с тупыми концами. Этот стреляет, а тот ловит. Этот еще стреляет, тот снова ловит. Потом многие в того стали стрелять. Он и их стрелы успевал ловить. Очень хорошо научился - ни одна стрела в него не попала.

После и другие мужчины этому научились.

Узнали об этом ороки. И подумали. Если в таких ловких бойцов пустят стрелы с железными наконечниками, то они все равно поймают их. Или уклонятся. К тому же они, ороки, имея жен-айнок, уже как бы породнились с айнами. Чего же теперь воевать?

Айнам тоже война не нравилась. Плохое это дело.

Стали жить мирно.

 


 

Два ножа
Айнская сказка

У меня было два старших брата. Я с ними жил.

Уходя на охоту, мои старшие братья возвращались с убитыми оленями. Оленье мясо мы и варили, и жарили. И всегда сытыми были.

Однажды мои братья опять ушли на охоту. А мне одному скучно было и в жилище, и возле него. Я просто не знал, чем бы заняться.

И вот у меня появилась мысль: “А что это за куча лежит у нас в углу жилища? Что может быть в этой куче?”

Я разгреб сухую траву, откинул старые шкуры и увидел ящик. Он весь был перевязан веревками. Я развязал веревки и открыл ящик.

Хе-хе-хе! Да здесь столько ценных вещей! И золотые бруски, и серебряные. Осмотрел я их и положил в сторону. Мне очень хотелось узнать, а что лежит на самом дне ящика.

Я еще покопался в нем и нашел золотой длинный нож и серебряный длинный нож. Два ножа - такое прекрасное оружие. Я их взял, заткнул себе за пояс и тоже пошел в лес. Быстро шел и весело.

Когда я уже был далеко от жилища, в зеленой долине, то заметил маленькую с остроконечной крышей хижину. Войдя в хижину, я увидел моих старших братьев спящими. Крепко они спали, и от их храпения большой шум был.

Я хотел разбудить их, но вспомнил, что в хижине своей разбросал ценные вещи, взял себе два ножа, - вспомнив это, я не стал их будить. Стыдно мне сделалось. А они, узнав про все, ругать меня будут.

Сел я во дворе. Так и сидел до самой темноты. И тут услышал, что по долине вдоль речки крадутся какие-то существа. Пригляделся. Э-э-э, да это волки. Волк и волчица.

Я насторожился. Волк, приблизившись, лег, положил голову на лапы. Смотрел он на левый угол хижины. волчица, приблизившись, тоже легла, положила голову на лапы. Смотрела она на правый угол хижины. Так лежали и словно ждали кого.

Я дрожал от страха. Но в хижину не входил. Боялся показаться перед братьями с двумя ножами за поясом.

Потом я услышал новый шум. Он был сильнее прежнего. Какое-то другое существо, ломая кусты, шло к хижине. Когда оно приблизилось, я узнал его - медведь.

Я еще сильнее задрожал от страха. А медведь лег, положив голову на лапы. Он глядел прямо на вход в жилище.

Прошло немного времени, и в лесу возник такой громкий шум, какого я никогда не слышал. Казалось, деревья друг за другом рушились. Шум нарастал, и я услышал тяжелые-тяжелые шаги. А через мгновение я увидел существо. Что за существо - совсем не знаю. Верхняя челюсть его касалась облаков, а нижняя челюсть касалась земли. Вот какое существо надвигалось.

Ужас меня охватил.

И тут медведь сказал:

- Мальчик, это пришел дьявол. Он явно необычный. И сон твоих братьев необычный. Это он, дьявол, заставил их так спать. Я же - бог начала сопок, пришел сюда защитить твоих братьев. Но боюсь, что не смогу их защитить. И поэтому тебе лучше быстрее в свое жилище возвратиться.

Но я остался. Я не мог убежать, оставив моих спящих братьев.

А дьявол этот чуть отступил в сторону, а затем зашел сзади жилища.

В этот момент я услышал голос волков:

- Мальчик, мы тоже пришли защитить твоих братьев.

Волк и волчица пошли навстречу дьяволу. Они бились с ним полночи. После я услышал звук, будто камень упал. И еще один. Я посмотрел - волки лежали мертвыми.

Тогда этот огромный дьявол зашел сбоку хижины. И тут навстречу ему вышел медведь. Они бились всю другую половину ночи. Перед рассветом я услышал звук, будто рухнул очень большой камень. Глянул - медведь мертвым лежит.

Теперь этот дьявол, даже не посмотрев на меня, направился к входу в жилище. Тут я выхватил из-за пояса оба ножа. И ударил дьявола по шее золотым длинным ножом. Я перерезал ему шею, однако он не умер. Он был все так же грозен и силен. Его голова напала на меня. Я ударил ее серебряным длинным ножом. И только она свалилась, на меня верхняя часть туловища его напала. Я снова вскинул золотой длинный нож. Поразил верхнюю часть туловища, гляжу - нижняя на меня нападает. Я вонзил в нее серебряный длинный нож. Затем я разрубил всего дьявола на куски и разбросал их - и травам, и деревьям, и птицам, и зверям.

После я заглянул в жилище. Братья мои еще спали, но не так крепко, как раньше, - шевелились немножко. Я решил, что они скоро проснутся, и заспешил домой.

Войдя в жилище, я тут же лег и притворился спящим.

И вот я услышал - возвращаются мои братья. Один сказал:

- Когда наши хранители, и волки, и медведь, были убиты, кто же нас спас? Благодаря кому мы остались живыми?

Второй брат проговорил:

- Когда мы шли по лесу, я заметил след нашего младшего брата.

Первый брат не поверил:

- Не-ет. С таким могучим чудовищем?.. Такой маленький мальчик - откуда ему было знать, как спасти нас?

Они вошли в жилище и опять говорили о том же.

Тогда я поднялся и сказал братьям, что когда они ушли на охоту, я разворошил кучу в углу, открыл ящик, разбросал все ценные вещи и взял два ножа - золотой и серебряный. Потом пришел к маленькой хижине, где они спали, видел волков и медведя и сразился с чудовищем.

Выслушав меня, они решили:

- Раз так, то и владей этими двумя ножами!


По материалам Сахалинского книжного издательства